При переходе на рыночные отношения в 90-ых годах ХХ века традиционная культура оказалась наиболее уязвимой. Поддерживаемые и стимулируемые государством организации сферы культуры – музеи, издательства, библиотеки – встали перед необходимостью самостоятельного поиска источников финансирования. Многих авторов “самой читающей страны мира” постигла типичная современной болезнь цивилизации – “коммерциализация”. Наибольшим спросом стали пользоваться тексты, спектакли, другие художественные произведения, в которых авторы и издатели ориентируются на “коммерческие” интересы публики.
Эта проблема имеет объективный характер: рост затрат организаций сферы культуры объективно опережает возможности роста их доходов от основной деятельности. Однако мировая практика показывает возможность её решения.
Один из главных методов решения этой проблемы был найден еще в Древней Греции. Состоятельные люди преподносили в дар своим мегаполисам театры и стадионы. Имя одного из них стало нарицательным – Меценат. Были у него свои последователи и в России. Они появились в конце XVII в среде родовитой аристократии, а в XIX веке на первое место среди этих благотворителей вышло просвещенное купечество. Их усилиями были созданы фонды многих российских столичных и провинциальных музеев.
Именно благодаря благотворительным средствам, выделявшимися как частными лицами, так и объединениями купцов и промышленников, членами императорской фамилии, в России конца XIX – начала XX века культура и искусство становились достоянием различных социальных слоев. Открытие театров и картинных галерей, доступных широкой публике, издание книг талантливых авторов – вот очень краткий перечень вклада русской культуры в так называемый “диалог цивилизаций”.
После октябрьского переворота функцию “благотворителя” взяло на себя государство, запретив всем другим желающим оказывать культурным учреждениям какое-либо содействие. Но и плата за такую “щедрость” оказалась слишком большой – тотальные цензура и подчинение господствующей идеологии.
В начале XXI века возвращение к традициям благотворительности носит не только исторический, но и объективный характер: государство просто не обеспечивает все организации сферы культуры необходимым финансированием. Это лишает их возможности удовлетворять культурные потребности населения и, как следствие, снижает общую культуру общества, цивилизационный престиж России.
Благотворительность решает и еще одну важную задачу – обеспечивает истинную свободу творческих идей, достигаемую только в условиях множественности источников финансирования.
Но развитию благотворительности в России не способствует социальная безответственность бизнеса, для которого примером является государство. Нищенская зарплата подавляющего большинства деятелей культуры и искусства при высоких ценах на нефть и значительном стабилизационном фонде, “узаконенные” поборы чиновниками предпринимателей, переход в руки государства значительной части крупных предприятий – плохой пример поведения государства по отношению к незащищенным слоям российского общества.
В XIX веке российская благотворительность распространилась, в первую очередь, потому, что ей занимались члены императорской фамилии, купцы, высшая бюрократия. Опыт западных стран показывает: когда государство не только способствует развитию благотворительности, но и активно помогает культуре, происходит значительный рост средств, вкладываемых частными лицами в культуру.
Можно сделать кажущийся на первый взгляд странным вывод: будущее русской культуры зависит от выбора политического пути России.
Путь “управляемой демократии” неизбежно приведет к тотальному распространению “коммерческой” культуры, эксплуатирующей низменные потребности, и о появлении новых пушкиных, чайковских и тарковских мы можем забыть навсегда. Возвращение в советское прошлое – снова цензура, запреты и новые “философские” пароходы.
Только реальная демократия, где власть выполняет свои социальные обещания, а бизнес реально помогает культуре, снова поднимет русскую культуру на её традиционный уровень.
« return.